На сцене – «ЧИРГИЛЧИН»

Как правило, тувинец в истории музыкальной культуры предстает человеком музыкальным и поэтичным. Тувинское горловое пение обычно производит на слушателей сильное впечатление, исполнителей всегда слушают с большим вниманием. Это в полной мере относится к известному коллективу «Чиргилчин».
 
В программе этого ансамбля преобладают бытующие в народе традиционные песни. Они представлены достаточно широко в репертуаре, посвященном быту, а также устному поэтическому творчеству тувинцев. С одной стороны, наличие значительного количества народных песен свидетельствует о том, что в сознании исполнителей и сегодня хранятся приемы горлового пения древнетюркского происхождения и которые представляют собой музыкальное мышление тувинского народа. С другой, музыканты вносят в исполнение элементы индивидуальной импровизации, воспроизводя «по-своему» бытующую в народе давнюю традиционную песню. Почти всегда связанные с выражением бодрого чувства и активным его проявлением, с определенным эмоциональным подъемом, короткие песни и припевки (кожамык) обычно оказываются в основном пронизанными мелодией горлового пения хоомей. Как тонко отметил в свое время великий русский писатель, этнограф, лексикограф Владимир Иванович Даль: «Певчие горлового пения люди особого рода… это в самом деле вещь замечательная, не переводя духа, воздух проходит сквозь дыхательное горло, и вы слышите чистый, ясный, звонкий свист, с трелями, перекатами, как от стеклянного колокольчика, только гораздо протяжнее, грудной голос вторит этому свисту в то же время глухим, но довольно внятным, однообразным басом» (1872).
 
Что можно добавить о характере пения горловиков после такого маститого писателя? Разве, что в процессе горлового пения исполнители неожиданно переходят в новую тональность: совершенно очевидно, что этот переход происходит неслучайно, тем более интересно возвращение мелодии в прежнюю тональность в конце, замыкая композицию. Обратим внимание также и на следующее обстоятельство: когда нижние звуки только еще берутся, и зарождаются, верхний регистр безмолвствует. Когда нижний звук установился, начинает звучать верхний регистр…

 

Из всего этого можно сделать вывод:

 «Чиргилчин», конечно, ансамбль супер-профессионалов и достоин восхищения. Наряду с лирическими песнями бытует также наиболее яркая часть хоомея, кожамык, которые исполняются с различными напевами. Тексты кожамык закрепляются за определенными мотивами, получившими так же свои устойчивые  названия. Лихость в поступках и помыслах, веселое озорство широко передаются исполнителями в шуточных песнях «Калдак –Хамар», «Дембилдей».

 

Назову имена артистов ансамбля «Чиргилчин»: двукратный обладатель Гран – при V научного симпозиума «Горловое пение – феномен культуры народов Центральной Азии» в Республике Тыва и обладатель Гран – при международного фестиваля по горловому пению в Монголии (2016) Игорь Кошкендей, трехкратный обладатель Гран – при, I и VI научных симпозиумов в Республике Тыва и международного фестиваля горлового пения в Китае Ондар Монгун-оол, солист национального оркестра РТ Быртаан-оол Айдын. «Чиргилчин» не экзотический атрибут отдельно взятой национальной культуры тувинцев, а коллекция жемчужин художественного наследия, каждая из которых занимает достойное место в мировой музыкальной культуре. Это не только мое мнение, а точка зрения музыковедов всего мира, знакомых с творчеством ансамбля. Коллектив упоминается в материалах журнала «The New York Times».
 
Однако этим не исчерпывается репертуар ансамбля. В исполнении заслуженной артистки РТ Айдысмы Кошкендей сохранена многовековая традиция тувинской протяжной песни, темы народного быта. Мягкость интонирования в манере исполнения, обусловленная мелодичностью тувинского языка, придает старинным напевам особую выразительность и душевность, чувствуется тяготение к созерцанию жизни, природы, стремление осмыслить свою историю. Подчеркну, Айдысма считается одной из лучших исполнительниц протяжных народных песен тувинцев.
 
В тувинской музыке, судя по программе коллектива, бесконечное количество народных инструментальных лирических пьес. Мы можем утверждать, что исполняемые песни были созданы не только народом, но и самими исполнителями. В них сохраняется не только их песенный стиль, но и исконный язык. Важно отметить, что язык и культура носят очаговый, зачастую строго локализованный характер, и не имеют монгольского или китайского влияния. Это явление отражено в поэтических текстах мелодий песен ансамбля. Также сохранены наиболее ярко выраженные диалектные черты, определяющие языковой колорит носителей фольклора, например, песни из Тоджинского района, подчеркивающие художественную особенность песенных текстов.
 
В творчестве коллектива затронуты также межжанровые связи с легкой инструментальной музыкой. Где общими являются некоторые приемы музыкального языка, особенность интонирования, значение ударных инструментов. Мы должны быть благодарны ансамблю, что они хранят бесценные сокровища – неувядаемые образцы устного народного творчества. А лирико-драматические песни в подаче ансамбля утверждают определенные ценностные понятия и нравственные принципы народа. 
Как видно из ярких, самобытных представлений «Чиргилчина», уникальность тувинского хоомея определяется не только аутентичными механизмами звукоизвлечения, сформировавшимися в процессе возникновения тувинского горлового  пения, но и современными обработками исполнителей на их основе.
 
Сегодня часто слышны досужие разговоры о том, у кого пение сильнее: у тувинцев, монголов или китайцев. С этномузыковедческой точки зрения, недопустимо смешивать тувинскую традицию горлового пения с музыкальным фольклором монголов или китайцев, равно как с обертонами и бурдонами, которые есть в каждом инструменте, и любой вокалист так же может их воспроизводить. Например, изгэрээ-сыгыт, хархираа, — так монголы называют свои техники (методы) звукоизвлечения. Никто не спорит что они монгольские, по звуку сразу можно отличить, когда исполняется монгольское пение, а когда тувинское, так как исторически, а главное технически, это разные виды искусства, не смотря на похожие названия. Тувинские исполнители никогда плагиатом не занимаются, под видом монгольских артистов не выступают, традиционное монгольское пение за свое не выдают. Уникальные отличия традиционных видов пения не в воспроизведении 2-х или 3-х голосий. Сравнительное изучение тувинской народной музыки показывает, что почти во всех изучаемых вариантах сыгыт, хоомей, эзенгилээр, борбаннадыр, каргыраа, монгольского или китайского влияния на тувинскую музыку не наблюдается, на что обратил свое внимание русский ученый А.В. Анохин 1910 году, который был известен как выдающийся знаток традиционной музыки центрально-азиатских народов и южно-сибирских народностей Российской империи. «В творчестве урянхайцев (тувинцев) отсутствует постороннее музыкальное влияние, мелодии самобытны» (фонограммархив ИРЛИ РАН). И если у неискушенного слушателя просто есть уши, то сравнив традиционное монгольское пение с тувинским горловым пением, сразу заметна очевидная разница в звучании. Становится понятно, что способ звукоизвлечения (прием хоректээр) характерный для тувинского горлового пения, при традиционном пении монголов не используется и, по сути, звучание тувинского хоомея лишь имитируется монгольскими исполнителями, но не может исполняться во всей полноте в силу данного технического отличия.
 
Так что не надо быть дилетантами, и все монголизировать.
Настоящий материал еще раз подтверждает важное положение о том, что в интонационном облике горлового пения существенное значение имеют корни родовые (династии), этнические, локальные. Надо исследовать материал, а не писать методички о творчестве исполнителей, перекладывая чужие мысли на свой лад.

З.Кыргыс
Доктор искусствоведения